77-летний шахтер из Димитрова работает в шахте и качается 16-килограммовой гирей (фото)

09 сентября 2012, 11:38

Пресс у него – что камень, рукопожатие – как у медведя. А энергии хватит на десяток молодых. Никто не даст димитровчанину Николаю Загрунному его 77-ми. Он же лишь усмехается: «У меня тысяча упражнений для каждых мышц. Некогда им дряхлеть». Более полувека он трудится на шахтах, в основном – на им. Димитрова (по старинке «5-6»). Был горным мастером, начальником добычного участка, сейчас – начальник смены. Грамот – немерено, плюс – полный кавалер знака «Шахтерская слава», председатель ветеранской организации родного предприятия. И неутомимый спортсмен.

77-летний шахтер из Димитрова работает в шахте и качается 16-килограммовой гирей (фото)

Шахтер-ветеран “балуется” с пудовой гирей

Сельский «качок»

– Любовь к спорту привил мой школьный преподаватель физкультуры Владимир Иванович. В поселке Партизаны, что в Геническом районе Херсонской области, я начал заниматься гимнастикой, акробатикой, – вспоминает Николай Николаевич. – Метрах в 150 от дома находился стадион, где пинал мяч до темноты, пока мама не загоняла. Когда был в девятом классе, у нас организовалась футбольная команда, причем я в свои 16 был там самый молодой. Играл в центре нападения под девятым номером. И хорошо играл! Благодаря скорости (стометровку делал за 11 секунд), оставлял позади защитников команды соперника и – доставайте мяч из сетки! Как сейчас помню – конец десятого класса, пишу сочинение по русскому языку. А за окном уже стоит машина с футболистами – ждет меня, чтобы везти на соревнования в совхоз им. Чкалова, что в 50 км от нас. В ней уже и бутсы мои, и форма. Зачастую и отец, Николай Савельевич, – ярый болельщик.

Примерно в то же время он увлекся тяжелой атлетикой. На ремонтном заводе ему сделали гири-пудовички, штангу. Всё это добро стояло во дворе, где Коля и качался. А первыми поклонниками стали… цыгане, некоторое время стоявшие табором в Партизанах. Нравилось им смотреть, как ловко этот жилистый парень подбрасывает гири и жмет штангу.

– Потом появился у нас отслуживший моряк, который ранее серьезно занимался штангой, – продолжает шахтер. – Мы, человек десять сельских «качков», договорились со школьным начальством, чтобы нам выделили пустующую комнату. Перетянули туда штангу и гири, стал заниматься под руководством морячка. Пусть грубовато, но он показывал жимы, толчки, рывки. Так что кое-какую технику у него перенял. И когда вскоре в Геническе были соревнования, я прямо в центре стадиона на «ура» толкал две гири по 32 кг.

Университетский триумф

До поступления в вуз Николай жил у старшего брата в Станиславе (сейчас Ивано-Франковск). Ходил и там на штангу, даже стал чемпионом города. Грамота за тот успех образца 1954 года сейчас висит у него в гараже. Главные же спортивные победы выпали на время учебы в Днепропетровском горном институте, который он закончил в 60-м.

– Долго выбирал, чем всё-таки заниматься – футболом или штангой. Тяжелая атлетика перевесила, – улыбается димитровчанин. – Под руководством Николая Саввича Козореза выступал не только на соревнованиях между вузами (основным соперником был студент строительного института Лёвик Гильдин), но и более высокого уровня. В конце первого года обучения стал чемпионом Днепропетровска по штанге в легком весе (до 67,5 кг), в студенческие же годы выиграл первенство Украины.

Спиртное, по словам Загрунного, он впервые попробовал во время состязаний в химико-технологическом институте.

– В процессе рывка почувствовал боль в спине и боку. Тренер меня повел к себе в машину, налил полстакана коньяка и заставил выпить. Я нос воротил – ужасно воняло, – признается Николай Николаевич. – Потом посидел немного, очухался. Вышел на помост и толканул 127 кг! Козорез меня тогда в прямом смысле слова на руках носил…

Впрочем, как и весь университет, где он еще и на трубе играл.

– Из Ленинграда нам тогда новый инструмент прислали. На демонстрациях наш оркестр, одетый в шахтерские костюмы, шел впереди всего института. А за нами – тысячи, – вспоминает Загрунный.

В первый раз в Донецке он оказался в конце 50-х, когда у нас проходили Всесоюзные соревнования штангистов.

– Тренер привез из Днепропетровска меня и еще четверых ребят – на профессионалов посмотреть и попытаться получить звание мастеров спорта. На звание мы не вытянули, а вот насмотрелись вдоволь, – делится ветеран. – Тогда довелось увидеться со многими легендами спорта, в том числе Аркадием Воробьем – олимпийским чемпионом 1956 и 1960 годов, неоднократным чемпионом и рекордсменом мира.

Профессии и спорту не изменял

Когда Загрунный оканчивал институт, ему предложили стать зав. кафедрой физкультуры. Отказался – и опыта не хватало для такой должности, и в денежном отношении шахта была куда выгоднее.

– Сразу после вуза работал в «Дзержинскугле» на шахте «Северная». Был там недолго, два-три месяца, но случай один запомнил на всю жизнь. На крутом падении зависала кровля. И двух ребят накрыло на моих глазах, когда они выбивали стойки. Одного сразу – насмерть, а второй еще успел перед смертью прошептать: «Передайте жене, что я ее очень любил». Эта картина перед глазами до сих пор, – качает он головой.

Пять лет Николай трудился в макеевской шахте «Берестовка», а с 66-го – на димитровской, имени того самого болгарского революционера, в честь которого назван город.

– Знался со многими Героями Соцтруда, работавшими на этой шахте. Как-то жаловался легендарному Игнату Жукову, имя которого гремело еще в 30-х, что мне собираются влепить выговор ни за что. А Игнат Григорьевич успокаивает: «Слушай, Николай. Если сложить все выговоры, которые мне дали, то будет вагон и маленькая тележка. А я вот живой и знаменитый», – смеется Загрунный.

За столько лет в шахте всякое с ним было. И метана нахватывался так, что сознание терял. И углем присыпало. И железобетонная затяжка как-то так приложила по голове, что каска чуть до шеи не села. Но профессии не изменял. Равно как спорту.

– После вуза я не состязался, но занятий не прекращал никогда, – уверяет Загрунный. – Причем погода значения не имеет: в снег ли, в дождь – упражняюсь на улице ежедневно. Уже более десяти лет, как стал начальником смены, поэтому встаю в четвертом часу утра, чтобы успеть потренироваться. Пью чай, потом делаю пробежку.

Раньше он километров семь наматывал – до Новогродовки и обратно. Пару раз в месяц давал по 15-20 км. Сейчас бегает до пяти, сделав больший упор на упражнения (их у него разработан целый комплекс) и разминку. Плюс дома – качка пресса и занятие с 16-килограммовой гирей, штангой, гантелями.

– По молодости я 32-килограммовой игрался одной рукой, сейчас вот такую приходится двумя, – вздыхает Николай Николаевич, лихо поднимая над собой пудовый груз. – Где-то что-то заболит, даю туда нагрузку. Года до 2009-го не пил таблеток. Разве что анальгин, когда зубы разболятся. Сейчас, бывает, прыгнет давление – приму чего-нибудь. По утрам сильно кашляю, но это не простуда – угольная пыль наружу рвется.

После всех упражнений он обмывается холодной водой и пьет чай, куда бросает кусочек масла и много сахара.

– Сладкое люблю, мучное, печеное, – признается. – Разве по мне скажешь? Нужно просто изучить свой организм (ведь каждый – индивидуален) и подстраиваться под него. В августе прошел профосмотр, так у меня кардиограмма и прочие данные – хоть в космос. Есть, конечно, некоторые негаразды, но это уже возрастное…

Лишь после того, как местное ТВ показало сюжет о деде-спортсмене, многие его коллеги узнали об увлечении Николая Николаевича. Даже стали перед ним отчитываться: я, мол, тоже пробежки делаю, а я – приседаю. А он только усмехается да подбадривает.

– Терпеть не могу мужиков с животами. Вывалят, будто достояние какое. Тьфу, пакость! – горячится он. – На пляже так вообще стыдно на таких смотреть. А вот я в Ялте в прошлом году, когда вышел из моря, даже девчата молодые сказали: «У вас такая красивая фигура!» Ну, приятно же! Подхожу к супруге, Валентине Михайловне (мы уже 40 лет вместе), смеюсь: «Во, какой муж у тебя. Загляденье!».

Чтобы держать себя в форме, он советует не курить, не переедать и двигаться как можно больше. Организм должен быть постоянно в нагрузке, но она – умеренная, разумная. И, конечно, нужно любить женщин, которые, по Загрунному, – «эликсир нашего здоровья».

– Если выпивать, то по чуть-чуть. Но наш народ так не умеет. Коли начал, остановиться не может. Было время, я тоже перебирал, – кается рассказчик. – Но вот уже лет 20 алкоголь не употребляю, даже пива в рот не беру.

Сын и дочь этого удивительного человека его спортивные порывы не подхватили. Зато внук, которому 21 год, увлекается футболом, а десятилетняя внучка имеет третий разряд по прыжкам на батуте.

Отметили за преданность делу

На встречах выпускников Днепропетровского горного института (теперь – Национальный горный университет) Николай Загрунный – почетный гость. «Месяц назад туда прибыло всего десять человек горного факультета нашего года выпуска. А было 165, – вздыхает он. – Актовый зал был раньше спортзалом, а там, где теперь сцена, лежали штанги и гири. Когда там выступаю, всегда это вспоминаю. Кстати, из всех выпускников 60-го только я посвятил шахтам всю жизнь. За это в 2010-м, на 50-летие своего выпуска, получил в стенах родного университета награду – «За преданность горному делу». Когда вызвали на сцену и стали ее вручать, у меня даже ноги подкосились. В тот момент слова сказать не мог. Потом успокоился, произнес речь. Мне стали хлопать стоя, а хлопцы моего выпуска схватили меня на руки, да так и донесли до места. Когда такие моменты вспоминаю, понимаю, что жизнь прожил не напрасно».

Один из выпускников этого славного вуза – конструктор, изобретатель, доктор технических наук, академик, бизнесмен, писатель, поэт Иван Иванов, живущий сейчас в Москве, написал книгу «Я вас люблю», посвященную людям, оставившим яркий след на земле. Среди прочих есть там и Николай Загрунный.

77-летний шахтер из Димитрова работает в шахте и качается 16-килограммовой гирей (фото)
Шахтёрский край
Поделиться:
Присоединяйтесь к нам:

Похожие новости

Все новости

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, войдите или зарегистрируйтесь.